Вы здесь: Главная -> Образование -> История России -> -> -> Глава седьмая. Владимир Святой. Ярослав I (часть 5)
Новости науки
2016:
78
2015:
12345678910
2014:
123456789101112
2013:
123456789101112
2012:
123456789101112
2011:
123456789101112
2010:
123456789101112
2009:
123456789101112
2008:
123456789101112
2007:
123456789101112
2006:
123456789101112
Рейтинг@Mail.ru

Глава седьмая. Владимир Святой. Ярослав I (часть 5)


Ко временам Владимировым относится первое столкновение Руси с западными славянскими государствами. Мы оставили последние в половине IX века, когда моравские князья обнаружили попытку основать у себя народную церковь и когда история Польши начала проясняться с появлением новой княжеской династии Пястов. Между тем борьба моравов с немцами продолжалась еще с большим ожесточением; чехи и сербы принимали в ней также участие; моравы вели войну по старому славянскому обычаю: они давали врагу свободно опустошать открытые места, и враг, опустошив землю и не покорив народа, должен был возвращаться без всякого успеха и гибнуть с голоду на дороге. Но Ростислав, непобежденный немцами, был схвачен и выдан Карломану, сыну и наследнику Людовика немецкого, племянником своим Святополком, который, чтоб иметь себе опору и обеспечение, поддался немецкому королю; Ростиславу выкололи глаза и заперли в один немецкий монастырь. Гибель Ростислава, однако, ненадолго переменила ход дел: Святополк наследовал его стремления, и борьба возобновилась с новою силою, причем Святополк начал уже наступательные движения на немецкие области. При Святополке яснеет и история чехов, потому что в это время принял христианство князь чешский Буривой от св. Мефодия. Не Моравии, однако, и не западным славянам вообще суждено было основать славянскую империю с независимою славянскою церковию. В последнее десятилетие IX века на границах славянского мира явились венгры. Политика дворов византийского и немецкого с самого начала обратила этот народ в оружие против славян: греки обратили их против болгар, немцы - против Моравской державы. Арнульф Каринтийский, побочный сын Карломана, соединившись с венграми, пошел на Святополка; моравы, по обычаю, засели в укреплениях и дали пленить землю свою врагам, которые и должны были только этим удовольствоваться. Но в 894 году умер Святополк, и с ним рушилось могущество первой славянской державы. В то время, когда западным славянам нужно было сосредоточить все свои силы для отпора двум могущественным врагам, моравские владения разделились на три части между тремя сыновьями Святополка. Братская вражда погубила дело Моймира, Ростислава и Святополка; сыновья чешского Буривоя отделились от Моравии и поддались Арнульфу немецкому, и с 906 года прекращаются все известия о Моравии: страна стала добычею венгров; подробностей о падении первого славянского государства нет нигде. Разрушение Моравской державы и основание Венгерского государства в Паннонии имели важные следствия для славянского мира. Славяне южные были отделены от северных, уничтожено было центральное владение, которое начало соединять их, где произошло столкновение, загорелась сильная борьба между Востоком и Западом, между германским и славянским племенем, где с помощью Византии основалась славянская церковь; теперь Моравия пала, и связь славян с Югом, с Грециею, рушилась: венгры стали между ними, славянская церковь не могла утвердиться еще, как была постигнута бурею, отторгнута от Византии, которая одна могла дать питание и укрепление младенчествующей церкви. Таким образом, с уничтожением самой крепкой связи с востоком, самой крепкой основы народной самостоятельности, западные славяне должны были по необходимости примкнуть к западу и в церковном и в политическом отношении. Но мало того, что мадьярским нашествием прекращалась связь западных славян с Византиею, прекращалась также и непосредственная связь их с Римом, и они должны были принимать христианство и просвещение из рук немцев, которые оставались для них теперь единственными посредниками; этим объясняется естественная связь западных славян с Немецкою империею, невозможность выпутаться из этой связи для государственной и народной независимости. Христианское стало синонимом немецкому, славянское - языческому, варварскому; отсюда то явление, что ревностные христиане между западными славянами являются вместе ревностными гонителями своего, славянского, и тянут народ свой к западному, т. е. немецкому; отсюда же обратное явление, что защитники своего являются свирепыми врагами христианства, которое приносило с собою подчинение немцам; отсюда несчастная борьба полабских славян против христианства, т. е. против немцев, в которых они не могли получить помощи от христианских единоплеменников своих, и должны были пасть.

После падения Моравской державы на первом плане в истории западных славян являются чехи. Чехи были обязаны мирным распространением христианства у себя тому, что князь их Буривой принял евангелие чрез моравов от св. Мефодия, чрез своих славянских проповедников. Славянская церковь, следовательно, началась было и у чехов, но после падения Моравии не могла долее держаться. Чехи не могли высвободиться из-под государственной зависимости от Немецкой империи: внук Буривоя, св. Вячеслав, обязался платить Генриху Птицелову ежегодно 500 гривен серебра и 120 волов; невозможность поддержать христианство без помощи немецкого духовенства и невозможность успешной борьбы с мадьярами без помощи немецкого императора делали зависимость чехов от Империи необходимою. Вячеслав погиб от брата своего Болеслава I, который сначала думал было о возможности возвратить независимость чехам от Империи, но после многолетней борьбы с императором Оттоном I увидал необходимость подчиниться ему. Между тем в начале второй половины Х века венгры, потерпевшие сильное поражение от Оттона при Лехе и добитые Болеславом чешским, прекратили свои опустошительные набеги на европейские государства, поселились в пределах прежде занятых ими земель и, приняв христианство, вошли в общество европейских народов. Княжение Болеслава I замечательно внутренними переменами у чехов, а именно, усилением власти верховного князя над остальными князьями, носившими название лехов; до сих пор эти лехи называются у писателей reguli, или duces, и верховный князь из рода Пршемыслова являлся не более как старшим между ними; но при Болеславе I, как видно, отношения переменились в пользу власти верховного князя; на средства, какими Болеслав I достиг этой перемены, может намекать прозвание его Грозный, или Укрутный. Подчиняясь на западе Империи, чешские владения начинают, однако, при Болеславе расширяться к юго-востоку, чему особенно способствует обессиление мадьяров; так, присоединяется к чехам нынешняя Моравия и земля словаков, между Дунаем и Карпатами; на север от Карпат также видим чешские владения. Еще более распространилась область чехов в княжение Болеслава II Благочестивого, сына Грозного; никогда потом границы Чешского государства не были так обширны, ибо все государство Святополка принадлежало теперь чехам. Несмотря, однако, на распространение чешских пределов, в церковном отношении чехи принадлежали к епархии регенсбургского архиепископа: после этого нечего удивляться политической зависимости чехов от Немецкой империи, ибо церковные отношения тогда господствовали над политическими. Только при Болеславе II, в 973 году, основано было особое пражское епископство, где первым епископом был саксонский монах Дитмар; преемником его был знаменитый Войтех, родом из знатной чешской фамилии; несмотря однако, на это, никто так не старался о скреплении чешской церкви с западом, никто так не старался об искоренении славянского богослужения, как Войтех. Такой характер деятельности условливался самою борьбою ревнителя христианства, каким был Войтех, с языческими нравами и обычаями, которые в его глазах были славянские; в подобной борьбе средина редко соблюдается: отечеством для ревностного епископа была не Богемия, но запад, страны христианские, тогда как Богемия была исполнена еще языческих воспоминаний, возбуждавших только вражду Войтеха; церковная песнь на славянском языке звучала в его ушах языческою богослужебною песнею и потому была противна; слово бог напоминало ему славянского идола, только слово Deus заключало для него понятие истинного бога. Смертью Болеслава II (999 г.) кончилось могущество чехов и перешло к ляхам. При распространении своих владений на западе Пясты встретились с немцами, императоры которых также распространяли свои владения на счет славян приэльбских; легко было предвидеть последствия этого столкновения: четвертый Пяст, Мечислав, или Мешко, уже является вассалом императора, платит ему дань; в 965 году Мечислав женился на Дубровке, дочери чешского князя Болеслава 1, и по ее старанию принял христианство; но в это время славянская церковь никла у чехов и потому не могла укорениться в Польше; отсюда новые крепкие узы связали Польшу с западом, с Немецкою империею: в Познани была учреждена епископская кафедра для Польши и подчинена архиепископу магдебургскому. Второй брак Мечислава на Оде, дочери немецкого маркграфа Дитриха, еще более укрепил немецкое влияние в Польше. Тесная связь этой страны с западною церковию и империею отняла у северных славян последний оплот их независимости от немецкого ига: теперь польский князь в союзе с немцами начинает наступательные движения против своих языческих единоплеменников. При Мечиславе начинаются первые враждебные столкновения Руси с Польшею: под 981 годом летописец наш говорит, что Владимир ходил к ляхам и занял города их - Перемышль, Червен и другие. Чешские историки утверждают, что эти города не могли быть отняты у поляков, но у чехов, потому что позднейшая земля Галицкая до Буга и Стыря, к востоку, принадлежала в это время чехам; они основываются на грамоте, данной пражскому епископству при его заложении, где границами его к востоку поставлены реки Буг и Стырь в земле Хорватской. Но, во-первых, в грамоте границы означены очень смутно; видно, что писавший ее имел плохие географические понятия о стране; во-вторых, был обычай расширять как можно далее пределы епископств, заложенных в смежности с языческими народами. Некоторые ученые справедливо замечают также, что русский летописец умеет отличать ляхов от чехов и потому не мог смешать их, и принимают, что Владимир отнял Червенские города не у чехов и не у поляков, но покорил малочисленные до тех пор свободные славянские племена и стал чрез это соседом чехов. Но рассуждать таким образом - значит опять не принимать свидетельств нашего летописца, который также хорошо умеет отличать хорватов от ляхов, как последних от чехов, и прямо говорит, что Владимир ходил к ляхам и у них взял Червенские города; всего вероятнее, что чешские владения ограничивались областию, лежащею около Кракова, о чем твердит грамота, и не простирались за Вислок, что страна по Сану и далее на восток была занята хорватами, которые были подчинены уже при Олеге, но при Игоре, Святославе и преимущественно при сыновьях его имели возможность свергнуть с себя подчиненность, подобно радимичам и вятичам; мы видим, что сначала главная деятельность Владимира состоит в подчинении тех племен, которые прежде находились в зависимости от Руси; хорваты были в том числе, но в то время, как Русь вследствие недеятельности Игоря, далеких походов Святослава на восток и юг, малолетства и усобицы сыновей его теряла племена, жившие вдалеке от Днепра, Польша при первых Пястах распространяла свои владения, следовательно, очень вероятно, что Пясты заняли земли хорватов, свергнувших с себя зависимость от Руси, или сами ляхи переменили эту зависимость на зависимость от Польши и, таким образом, Владимир, возвращая прежнее достояние своих предшественников, должен был иметь дело уже с ляхами. Но завоеванием Червенских городов дело не кончилось на западе; летописец упоминает в 992 году еще о походе Владимира на хорватов, а по некоторым спискам в это время Владимир воевал с Мечиславом "за многие противности его" и одержал над ним блистательную победу за Вислою; поводом к раздору могли быть постоянно хорваты и Червенские города. Война 990 - 992 года могла быть ведена в союзе с Болеславом II чешским, который также воевал с Мечиславом. Как видно по некоторым известиям, война продолжалась в первый год княжения Болеслава Храброго, наследовавшего отцу своему Мечиславу в 992 году. При Болеславе Польша начала было усиливаться уже на счет соседних народов; ей выпадал было жребий стать в челе славянских государств для отпора немцам; но неуменье поляков вести себя среди единоплеменных народов и связь западных славян с Германскою империею посредством церкви не допустили Польшу принять значение Моравии для славянского мира. После Мечислава осталось пятеро сыновей: Болеслав и Владивой от Дубровки чешской и трое от Оды - Мечислав, Святополк и Болеслав. Первым делом Болеслава старшего было изгнание младших братьев, с которыми по славянскому обычаю он должен был владеть сообща, и ослепление двоих других родственников с целию достигнуть единовластия. Потом Болеслав распространил свои владения на севере до Балтийского моря чрез подчинение себе поморян и пруссов; между тем в 999 году умер чешский князь Болеслав II Благочестивый; Болеслав польский воспользовался этим, чтобы напасть на Краков и его область и присоединить их к Польше; вероятно также, что он захватил в это время Моравию и землю словаков до Дуная; Войтех, или Адальберт, не могший ужиться с чехами, прибыл к Болеславу; тот отправил его на проповедь к пруссам, которые умертвили проповедника; но гроб Войтеха принес Болеславу свою выгоду, ибо император Оттон III, друг и чтитель Адальберта, явился в Гнезно, чтоб поклониться праху его, и основал здесь новое архиепископство, вследствие чего Польша освобождалась от немецкой зависимости в церковном отношении. Но это освобождение не могло уже теперь принести пользы - латинская церковь уже успела укорениться в Польше, а потому борьба с Империею, которую скоро после начал Болеслав, также не могла принести плодов: польский князь, как видно, имел в виду набрать сколько можно более пограничных волостей, а не утвердить независимость и равновесие славянского мира с германским. Между тем, волнения у чехов доставили Болеславу случай утвердить свою власть и в этой стране. По смерти Болеслава II вступил на престол сын его Болеслав III Рыжий, князь, по отзыву современников, чрезвычайно жестокий. Рыжий начал свое княжение тем же, чем и родственник его, Болеслав польский: он велел одного из своих братьев оскопить, другого удушить в бане; но обоим удалось бежать в Баварию. Избавившись от братьев, Рыжий не мог избавиться от могущественных вельмож, лехов, из которых главными в это время были Вршовцы; Вршовцам удалось при Болеславе II выгнать Войтеха; теперь они свергли Рыжего, призвав на его место Владивоя, брата Болеслава польского, который, как сын Дубровки, принадлежал также к дому Пршемыслову и, как видно, изгнанником жил при дворе чешском. Чтоб удержаться на престоле, Владивой отправился в Регенсбург к императору Генриху и отдал ему Богемию, которую получил опять в виде лена. Но Владивой княжил только несколько месяцев, и после его смерти чехи призвали изгнанных Рыжим Болеславичей - Яромира и Олдриха. Однако Рыжий не думал уступать и обратился с просьбою о помощи к Храброму, который вторгся с войском в Богемию, изгнал Яромира и утвердил Рыжего на престоле. Последний, получив снова власть, думал только о том, как бы отомстить своим врагам. Чехи обратились с просьбою о защите опять к Болеславу польскому. Тот только этого и ждал: по известиям современников, он все это предвидел и нарочно вел дело к тому, чтоб утвердить свою власть у чехов. Под предлогом нужного совещания он заманил к себе Рыжего на границу, схватил его, ослепил и заточил внутрь своих владений. Вступив в Прагу в виде освободителя, Болеслав Храбрый обнаружил намерение утвердиться здесь. Такое усиление могущества польского князя, разумеется, должно было возбудить. сильные опасения в императоре, который послал требовать от Болеслава ленной присяги за Богемию. Болеслав отвергнул требование и начал войну. Неизвестно, какой исход имела бы борьба нового Святополка с немцами, если бы на этот раз сами поляки не ослабили могущество своего князя и с тем вместе единство и могущество западных славян: они позволяли себе поступать с чехами, как с побежденными врагами; вот почему, когда император Генрих II послал в Богемию войско, в челе которого находились чешские князья - Яромир и Олдрих, то вся страна встала против поляков и приняла с радостию родных князей из немецких рук; Болеслав Храбрый принужден был бежать, и в несколько дней не осталось в Богемии ни одного поляка. Таким образом немцам удалось разъединить два главные западнославянские владения - Богемию и Польшу, и привязать первую еще теснее к себе; в последующей борьбе с Болеславом польским император постоянно пользуется чешскою помощию, и, несмотря на все старания Болеслава, примирение между двумя народами было невозможно. В 1012 году Олдрих выгнал брата Яромира. и стал единовластителем Чешской земли. В таком состоянии находились западные славянские государства при смерти Владимира Святого. Мы видели, что в первый год княжения Болеславова у него продолжалась война с Владимиром, которая, однако, как видно, скоро кончилась, потому что Болеслав, занятый отношениями к немцам и чехам, не мог с успехом вести еще войну на востоке. Мир с Русью скреплен был даже родственным союзом с князем киевским: дочь Болеслава вышла за Святополка, князя туровского, сына Владимирова. Но этот первый родственный союз князей польских с русскими повел к большому раздору между ними. Болеслав, как видно, лучшим средством для собственного усиления считал внутренние смуты у соседей; как воспользовался он ими у чехов, так же хотел воспользоваться и на Руси. Вместе с дочерью Болеслава прибыл ко двору туровского князя Рейнберн, епископ колобрежский (колберский), который сблизился с Святополком и начал с ведома Болеславова подучать его к восстанию против отца Владимира: успех этого восстания был важен для Болеслава в политическом и для западной церкви - в религиозном отношении, ибо с помощью Святополка юная русская церковь могла быть отторгнута от восточной. Но Владимир узнал о враждебных замыслах и заключил Святополка в темницу вместе с женою и Рейнберном. Необходимым следствием должна была быть война с Болеславом, который в 1013 году поспешил заключить мир с немцами и, нанявши отряд войска у последних, равно как и у печенегов, двинулся на Русь. Кроме опустошения страны, мы не имеем никаких других известий о следствиях Болеславова похода, во время которого возникла распря между поляками и печенегами, и Болеслав велел истребить своих степных союзников. Вероятно, это обстоятельство и воспрепятствовало продолжению войны, тем более что все внимание Болеслава было постоянно обращено на запад, и он мог удовольствоваться освобождением Святополка. С чехами и венграми были мирные сношения при Владимире. Были пересылки и с папою, следствия которых, однако, неизвестны.



главная :: наверх :: добавить в избранное :: сделать стартовой :: рекомендовать другу :: карта сайта :: создано: 2011-09-19T20:10:34+00 / обновлено: 2011-10-01T16:43:34+00
Наша кнопка:
Научно-образовательный портал